«С большинством вещей пришлось распроститься и вот в декабре 1938 года мама и я со своим мишкой, которого мама купила на последние алименты от отца, сошли с автобуса и направились на свое новое жилище, комната была на первом этаже, маленькая как купе. На стене от прежнего хозяина висела репродукция картины Кипренского «Портрет А.С. Пушкина». И началась наша несчастная, голодная, бедная жизнь. Маминой зарплаты хватало только на черный хлеб. В день получки мы покупали чайный хлеб. Каким же вкусным он мне казался!
Сколько я помню маму тех лет, она, приходя с работы, поев хлеба с кипятком, бросалась на кровать, лицом к стене и замирала. Мне было скучно, и я под любым предлогом из дома сматывалась. Я не помню, чтобы мама что-то шила, вязала, вышивала или читала. Я запомнила ее молча лежащей».